Изначально Михаил Кокшенов актером становиться не собирался. Он родился в Москве в 1936 году, в двадцать с небольшим лет окончил индустриальный техникум, начал работать инженером, но потом поддался уговорам друзей, подал документы в театральное училище имени Щукина — и поступил. К выпуску имел небольшой опыт в кино, снимался (правда, без упоминания в титрах) в «Высоте» и «Девчатах» — несомненно, знаковых лентах того времени.
Михаил Кокшенов снимался в фильме «Девчата» (1961). Он исполнил эпизодическую роль рабочего, который забегает в новую столовую, чтобы попить воды из графина. При этом в титрах картины актёр не был указан.После окончания Щукинского училища поступил в театр имени Маяковского, потом перешел в Театр миниатюр, продолжил играть в кино — опять же, в небольших ролях, но в заметных фильмах вроде «Председателя», «Время, вперёд!», военной трагикомедии «Женя, Женечка и „Катюша“», в драме «В огне брода нет», в «Золотом теленке» Михаила Швейцера, в «Хозяине тайги», «Адъютанте его превосходительства», а также в эпопее Юрия Озерова «Освобождение».
А амплуа комедийного актера сформировалось у Кокшенова к середине 70-х.
Он перешел в Театр-студию киноактера, начал больше работать в кино. В 1975-м его снова (впервые после «Женя, Женечка…») заметили и отметили
— когда Кокшенов сыграл в одной из новелл фильма Леонида Гайдая «Не может быть!». С тех пор он снимался очень много, продолжая традицию появляться в знаковых фильмах
— Сергунька Ртищев в «Сказе про то, как царь Пётр арапа женил», шут в фантасмагории «31 июня», пайщик в рязановском «Гараже», спекулянт Степан в гайдаевском «Спортлото-82», Пряхин в «Самой обаятельной и привлекательной».
Кокшенов еще дважды снимался у Гайдая — в позднеперестроечных комедиях «Частный детектив, или Операция „Кооперация“» и «На Дерибасовской хорошая погода, или На Брайтон-Бич опять идут дожди», сыграв там, в принципе, привычные для себя роли — грозно выглядящего амбала (или просто опасного мафиозо, как в «Дерибасовской»).
В середине 90-х, когда советское кино окончательно превратилось в российское, Михаил Кокшенов вышел на первый план. Еще с конца 80-х в моде было так называемое «кооперативное кино», снимаемое на деньги различных «спонсоров», в 1993-м, с выходом «Русского бизнеса», Кокшенов стал одним из главных лиц этого явления — наравне с Александром Панкратовым-Чёрным.Любопытно, что с «Русского бизнеса» началась и карьера Кокшенова-режиссера. Его фильмография в качестве постановщика оказалась не менее насыщенной, чем актерская — за двенадцать лет он снял четырнадцать картин; правда, большинство из них прошло незамеченными. Кстати, актерскую фильмографию он продолжал в 90-е и нулевые практически в том же темпе, что и раньше, став одним из немногих актеров советского времени, сумевших приспособиться к новым условиям существования кинематографа.
Михаил Кокшенов, конечно, вряд ли запомнится как режиссер. Но его актерская ипостась
— совершенно другое дело. Он относится к той категории актеров советского кино, которые хорошо заполняли кадр, делая его живым. Им обычно не доставались главные роли, но и сыгранных ими второстепенных персонажей зрители выделяли и любили не меньше, чем тех, кто находился на первом плане. А ничего другого актерам обычно и не нужно.
«Груши околачивать» — устойчивое сочетание (фразеологизм), которое означает лениться, злостно бездельничать, заниматься никчёмными делами, бездействовать.
Происхождение выражения связано с тем, что созревшие груши сами падают на землю, а не требуют, чтобы их «околачивали» (стучали по стволу дерева тяжёлым предметом, чтобы ускорить падение плодов). Таким образом, само действие не требует усилий, что и стало основой для переносного значения — безделья.
Некоторые синонимы к выражению «груши околачивать»: плевать в потолок, лодыря гонять, сидеть сложа руки, лежать на печи, балду бить, палец о палец не ударить, лоботрясничать, ворон считать.
В некоторых случаях выражение может использоваться с ироническим или шутливым оттенком. Иногда в разговорной речи к фразеологизму добавляют обсценное слово, что придаёт выражению более резкий характер.
Пример использования: «Где же „мёртвые души“ околачивают груши?» (Владимир Маяковский, «Фабрика мёртвых душ», 1928).
Личная жизнь
Те, кто знал Кокшенова близко, говорят, что от своих экранных образов он мало чем отличался. Такой же ловелас, весельчак, балагур. Такой же взрывной, яркий, юморной, напористый. Именно благодаря юмору и напористости он всю жизнь покорял женщин.
Стюардесса по имени Нина
Про свой первый брак Кокшенов вспоминать не очень любил. Говорил, что был в тот момент слишком молод, слишком неопытен и, видимо, не очень готов к серьезным отношениям. Со своей первой супругой он познакомился в самолете. Она работала стюардессой. Покорить ее было непросто. Нина к моменту их встречи уже облетела полмира, много чего и кого повидала, так удивить ее было делом непростым. Но Кокшенов был настойчив, и в итоге заполучил девушку в жены.
Вскоре после оформления отношений у пары родилась дочь Алевтина. Казалось бы, это событие должно было только укрепить брак. Однако, все пошло с точностью до наоборот. Нина захотела вернуться к работе. Дочь отправила к своей матери. Кокшенова все это очень расстраивало. Начались конфликты. В конце концов, пара решила расстаться. Штамп о расторжении брака привел к тому, что Кокшенов почти на 10 лет потерял какую бы то ни было связь с дочерью.
Бананчиков не возьмете
Со своей второй супругой Еленой Михаил Михайлович познакомился в очереди за фруктами. Это было в годы тотального дефицита в стране. Кокшенов у этому моменту был уже узнаваемым актером. Решив этим воспользоваться, он попытался пролезть без очереди. Не получилось. Очередь на него злобно зашипела. Тогда он обратился к юной симпатичной девушке, стоящей ближе всех к прилавку. Попросил ее купить ему пару килограммов бананчиков. Так с бананов и начались их отношения.
Елена (так звали новую знакомую) оказалась сотрудницей «Мосфильма». Этот факт позволял им часами общаться на общие темы, помогать друг другу в профессии. Спустя совсем недолгое время пара поженилась. Кокшенов был на 30 лет старше супруги, но никого из них это не смущало. Елена и Михаил прожили в счастливом браке 20 лет. Когда Кокшенов объявил жене, что полюбил другую — это стало шоком и для супруги, и для близкого окружения актера. В итоге, правда, Елена и Михаил в силу мудрости и благодарности к тем счастливым годам, что они провели вместе, сумели сохранить добрые отношения.
Небо, самолет, женщина
По иронии судьбы со своей третьей женой Натальей Кокшенов познакомился также в самолете. Их места в бизнес-классе оказались рядом. Актер завязал разговор, предложил выпить — причем из горла. Наталья согласилась. Полет прошел незаметно. На прощание новоиспеченные знакомые обменялись визитками.
Уже будучи в Москве, Кокшенов стал настойчиво звонить Наталье, приглашать вместе поужинать. Чем больше они узнавали друг друга, тем крепче становилась их обоюдная симпатия. На момент знакомства Кокшенов, конечно, знал, что Наталья человек не бедный. Но не знал, что настолько. Известие о том, что его новая избранница, по сути, миллионерша, занимает важный пост в околонефтянной компании, для Кокшенова стало неожиданностью. Но это обстоятельство актера ничуть не смутило.
«Наши чувства друг к другу были подобны вспышке, — говорит Михаил Михайлович. — Наташа — очень проницательный человек, она никогда не критикует, просто сам чувствуешь, что сделал что-то не так. Она воспитала двух дочерей, сейчас внучка у нас замечательная. И когда я начинаю ее ревновать к детям, к внучке и к нашим котам даже, то Наташа меня успокаивает: „Миш, ты не волнуйся, меня на всех хватит!“ Я вот до встречи с ней никогда не ходил в церковь, а познакомился с ней и пришел к Богу. Думаю, в этом есть некое провидение. Некий знак судьбы».

Эту песню исполняет Лев Лещенко. Композиция называется «Родительский дом», а строки «Родительский дом, начало начал…» — это её припев.
Музыку написал Владимир Шаинский, стихи — Михаил Рябинин. Впервые Лещенко спел её на фестивале «Песня-81» — тогда его сопровождала группа «Спектр». Сам артист называл эту песню программной и говорил, что исполняет её, когда собираются родственники и близкие.



Рассказ «Ванька» написал Антон Павлович Чехов. Произведение было создано и впервые опубликовано в 1886 году в «Петербургской газете» (№ 354 от 25 декабря) в разделе «Рождественские рассказы». Чехов использовал псевдоним Антоша Чехонте.
Главный герой рассказа — девятилетний мальчик Ванька Жуков, который в ночь под Рождество пишет письмо своему дедушке Константину Макарычу, служащему ночным сторожем. В письме Ванька рассказывает о тяжёлой жизни у сапожника, жалуется на издевательства хозяев и просит забрать его обратно в деревню. На конверте мальчик пишет адрес: «На деревню дедушке. Потом почесался, подумал и прибавил: „Константину Макарычу“».
Выражение «на деревню дедушке» стало крылатой фразой в русском языке. Оно употребляется в значении отправки чего-либо по заведомо неполному, неточному адресу или «неизвестно куда», часто с ироничным оттенком.
За дорогой кольцевой,
Как привет из прошлого,
Повстречался нам с тобой
Уголок заброшенный.
Опустевший старый дом,
Без вины покинутый,
И колодец под окном
С небом опрокинутым.
Колодец, колодец,
Дай воды напиться!
Колодец, колодец,
Дай неба глоток!
Быть может, быть может,
Ещё возвратится
Счастливое

